ЧАСТЬ IV. СВОБОДНЫЕ ДЕНЬГИ, или ДЕНЬГИ, какими они ДОЛЖНЫ БЫТЬ

Механизм международных обменов II

Итак, предложение обменных векселей в песетах возрастает, а спрос на них - падает, поэтому курс их обмена в Германии падает.

Немецкий экспортёр теряет деньги, а испанский экспортёр их приобретает, и всё из-за этого курса обмена.

Едва ли дальше надо пояснять, что если цены повысятся в Германии, а в Испании они останутся неизменными, то всё будет наоборот: экспорт зонтиков станет невыгодным, тогда как импорт в Германию из тех стран, с которыми она обычно конкурирует на мировом рынке, станет выгодным. Всё меньше и меньше обменных векселей будет предлагаться к продаже в Германии, но спрос на них будет очень даже высоким; это означает более высокие цены (в немецких бумажных деньгах) за векселя, а всё увеличивающиеся цены (по курсу обмена) на них автоматически восстановят баланс между импортом и экспортом.

Предложение векселей в песетах снижается, а спрос на них возрастает, поэтому курс обмена в Германии на них вырастает.

Теперь уже немецкий экспортёр выигрывает, а испанский экспортёр проигрывает, и снова из-за одного лишь курса обмена.

Оба примера показывают, как разница между ценами на векселя разрушает торговлю и ограничивает экспорт. А колебания в ценах на них показывают, как следствие борется с причинами.

Вообще эти самые колебания курсовых обменов, то к выигрышу одной стороны и к проигрышу - другой, добавляют свою толику риска в ведение торговли. Можно сказать огромную часть, а не толику. В торговле между двумя странами, пользующимися бумажными деньгами, разумеется, нет никаких преград к размерам колебаний курсов, потому что эти колебания напрямую связаны с внутренней ценовой политикой двух стран. Теперь подумаем - если это так, то не доказывает ли сей факт следующее: если монетарная политика (внутренняя) государства способна вызывать такие колебания в курсе обменов, то неужели непонятно, что стабильная ценовая политика государства на своём внутреннем рынке, наоборот - избавит всех от этих самых колебаний? Если баланс между импортом и экспортом может быть нарушен лишь внутренней политикой государства в области своих внутренних цен, то политику государства надо изменить, сделать цены стабильными, даже если в дело будут вмешиваться природные факторы, как, к примеру, неурожай. Всё, что нужно в этой связи, это проводить единую ценовую политику тех государств, между которыми существуют налаженные торговые отношения. Если бы мы в Германи и испанцы в Испании проводили такую политику, следили за нашими ценами на внутренних рынках и не позволяли бы им "плясать", то и наши экспортно-импортные операции были бы такими же ровными. А уровень спроса и предложения на обменные векселя, да и цены на векселя - были бы тоже стабильными. Для разрешения этой проблемы нужен лишь договор между двумя странами, и соответствующие действия на внутренних рынках.

То, что мы требуем от монетарного администрирования, было реализовано некоторым образом автоматически через международный золотой стандарт. Когда деньги (золото и бумаги) в любой стране превышают допустимое количество, нужное для обращения, то цены растут выше относительно естественного уровня на мировом рынке, и то, что случилось, было то самое, что происходит в любой стране с бумажным стандартом при ускорении обращения. Векселя, выписанные в стране с растущими ценами, имеют тенденцию к понижению цены на них через обменный курс. Если, к примеру, такой страной является Испания, уровень обмена песеты в Гамбурге падает с 80 до 79, или до 78 пфеннигов и продолжает падать до тех пор, пока продавец таких обменных векселей в золоте (в нашем примере - экспортёр зонтиков) не напишет своему корреспонденту в Севилью: "Не могу продать векселя, выписанные тобой на поставляемые тобой зонтики. Мне дают лишь 78 пфеннигов вместо 80 за одну песету. Поэтому я отказываюсь от использования твоего векселя, прошу тебя вернуть мне сумму в золоте твоей страны, наличными". Наш экспортёр зонтиков теперь вынужден заплатить за транспорт тоже золотом, и это вряд ли будет ему выгодно, ровно до тех пор, пока курс обмена векселей не превысит стоимость транспортировки в золоте. И вот испанские золотые песеты прибывают в Рейхсбанк, их переводят в немецкие золотые марки без потерь для него, либо переводят в бумажные деньги по жёсткому курсу 2790 марок за килограмм золота.

Что происходит потом в Испании и Германии, после этой операции? В Испании сумма контракта уменьшается на поставку золота из Севильи. Если золото изымается со счёта в Центрльного банка Испании, то этот банк вынужден изъять в три раза больше бумажных денег, выпущенных под это золото (в соответствии с законом). В Германии всё происходит наоборот - количество денег увеличилось, тоже в три раза, потому что привезённое золото из Испании позволяет напечатать в три раза больше бумажных денег "под него". А последствием является падение цен в Испании, возрастание цен в Германии, и цена в Германии будет расти до тех пор, пока баланс не будет восстановлен.

Если такой вот общий рост цен, которые и вызывает колебания в обменных курсах на векселя, произойдёт в Германии вместо Испании, импортёр лимонов в Гамбург будет вести себя точно так же, как вёл себя экспортёр зонтиков. Он вероятно напишет в Малагу, что из-за слишком высокого обменного курса векселей в песете в Гамбурге, он посыдает золотые немецкие марки вместо обычного векселя как оплату за лимоны, которые он получил.

Когда перемещения золота из страны в страну становятся слишком уж частыми, то все полагают, что как это хорошо и крайне необходимо иметь под такие сделки запасы золота, но тут есть непонимание одной вещи. Баланс всё равно автоматически восстанавливается даже без этих самых поставок золота из страны в страну, просто в силу того, что спрос и предложение сами восстановят баланс обменных курсов. А то, что получается, когда в этот процесс "влезает" золото, следует понимать так, что золото опосредованно влияет на бумажные деньги, которыми и оперируют (как показано выше). Т. е. первопричина - изменение цен, а не поставка золота, которая "восстанавливает" баланс. Если бы денежная администрация в той стране, где наблюдается повышение цен, просто бы уменьшила количество бумажных денег в обращении, то следствием было бы то же самое, т. е. баланс экспортных и импортных операций тут же бы восстановился до прежнего уровня, соответственно восстановились бы и обменные курсы на векселя. Это очень простая операция, и, если бы она была хоть раз сделана, то показала бы абсолютную ненужность золота во всей цепочке.

Вместо использования мёртвой массы золота могла бы быть использована толковая процедура отслеживания того, сколько в обращении бумажной массы, поскольку и то, и другое - всего лишь массы, а для правильной процедуры материал значения не имеет.

Колебания в курсе обмена векселями в золоте никогда не превысят стоимость отправки золота в другую страну. При более низком уровне развития цивилизации, где невозможно установить контроль государства, такие компенсации курсов валют разных стран имели бы своеобразные преимущества. Но сегодня использование золота уже напоминает использование старомодных платьев вместо современных покроев.

Кстати, использование машин в деле регуляции денежной массы в обращении было бы предпочтительнее, но тут требуется очень тонкая отстройка, поэтому рука человека и его мозг необходимы. А регуляция валюты при золотом стандарте делает использование машин ещё менее вероятным и трудным. Ведь поставки золота - это не автоматический процесс, золото надо подсчитать, уложить, запаковать, отправить, получить, вскрыть, пересчитать, перечеканить. А вот изъятие точно таких же, но бумажных сумм, из обращения, с точно таким же эффектом, как и обмен золотом, был бы куда более предпочтительным, дешёвым, да и просто умным.

Следует помнить, что из-за перевозки золота туда-сюда, а также из-за колебаний в золотом стандарте в цене на векселя, курс обмена может достигать (потеря или прибыль по нему) 4% или более.

(*Стоимость отправки золота из Европы в Австралию обычно составляет 2%. Она состоит из процента потерь во время путешествия, стоимости транспорта, страховки, пакования и брокерских услуг. Поэтому курс обмена между Европой и Австралией может из-за этого только колебаться в размере выше или ниже 2%, вот почему предельная цена может доходить аж до 4% и выше. И это называется стандартом, кстати!)

В пребывании стран в золотом стандарте ничто не избавляет от подобных колебаний; сам стандарт начинает действовать лишь когда колебания достигают своего максимума, т. е. так называемой "золотой точки" (стоимости перевозки золота, как мы рассказали выше), или, другими словами, когда цене расти дальше некуда. А вот когда колебания в обменных курсах векселей делают самые большие неприятности, которые только и могут, ровно вплоть до этого, наступает облегчение и вступает в действие "лекарство" спроса и предложения в чистом виде. При бумажных деньгах, если реагировать вовремя, то меры по исправлению ситуации могут приниматься практические немедленно, лишь только появятся первые признаки ухудшения, т. е. разбалансировки цен, ведь колебания в курсах обмена векселей есть прямой показатель изменений цен на внутренних рынках стран. Разумеется, и при золотом стандарте можно предотвратить подобные вещи, но Центральные банки почему-то полагают, что они не могут действовать вот так прямо, как автоматы. Ага, но, если даже золотому стандарту надо помогать осмысленными действиями, то что остаётся от него самого, если вдуматься?

Да, вот ещё что. То, что выше было сказано приложимо к обычным бумажным деньгам. Что касается Свободных Денег, из-за того, что их не хочешь, а потратишь, именно так они и работают, то меры финансовой администрации в обращении с ними особеннно эффективны, а утверждения, что не нужно никаких резервов в чём бы то ни было, становятся ещё более убедительными. Ведь так и происходит на практике.


Стабилизация международных обменов: ТЕОРИЯ

В оглавление